Рыбалка каждый день Рыбалка каждый день

Главная --> Рыбы --> Уклейка

Уклейка

УКЛЕЙКА.

Alburnus lucidus. Во многих местностях — уклея, уклейка, местами (Тверь, Серпухов и пр.) — верховодка, верхоплавка, верховка, но название это, собственно говоря, принадлежит еще более мелкой рыбке — Leucaspius delineatus (см. д.); в Яросл. губ. — баклейка; во Владим. губ. — баклея; в Казанск. и Нижегор. губ. — башклейка, а также (по Варпаховскому) — синявка, синька, обманщица (?!), табачница, синтяпа; в бассейне Свияги — сентя, синтя, сентявка, синявка, сентяга; в Сарат. губ. — баклешка; на Каме — шаклейка и (неправильно) вандыш; в Вятке — шаклея, шклея; в Уфимск. губ. — бакла, баклея; в Оренбургск. губ. — синтявка, белоглазка; в Оренбурге — сига; на р. Урале — конюх, гармак; в Астрахани — дергунец; местами на Верхней Волге и по р. Ловати крупная — селява; на Оке (и в Твери) — сикла; в Пензенск. и Ковенск. губ. — калинка; в Самаре — чебанчик. В Малороссии — себел (тоже на Десне), сибелик, сибиль; по Бугу и Днестру местами — швия; на Днепре местами (большие) неправильно — селедка и (маленькие) оселедчики. В Олонецк. губ. — салага, салагушка. В Литве — аукшле. В Польше — уклей. Финск. — салакко, салкко; эст. — виддикит-кала, валге-кала, майлин; у ижоров — уклекка; карельск. — шелакка; латышск. — майле, вике. Татарск. — башклей и (в басс. р. Свияги) — альдока; черемисск. — муляшка (?); чув. на р. Цивиль— шиучи; вог. — станки.

Рис. Уклейка

Это, бесспорно, одна из самых обыкновенных и многочисленных наших рыб, почему, несмотря на свою незначительную величину, она пользуется всеобщею известностью. Большею частью уклейка имеет в длину около 6 дюйм., в редких случаях достигает более четверти аршина, и от всех других сродных с нею рыб легко отличается своим удлиненным, узким, сильно сжатым телом, сильно завороченною кверху нижнею челюстью и большим числом ветвистых лучей (16—20) в заднепроходном плавнике.
Вообще уклейка служит главным представителем особого рода уклеек, к которому в России относятся еще три-четыре вида небольших рыб, из числа коих только одна шемая пользуется некоторым промышленным значением. Род этот характеризуется длинным, очень сжатым телом, острым ребром на брюхе, между заднепроходным и брюшными плавниками; верхняя челюсть у них содержит выемку, в которую входит кончик удлиненной и завороченной кверху нижней челюсти; глоточных зубов с каждой стороны по семи; они расположены в два ряда (5/2), и венчик их сплющен, слегка зазубрен и на вершине загнут крючком.
Уклейка очень красива, особенно когда поворачивается на солнце и сверкает своею серебристою чешуею. Спина у нее серовато-голубая с зеленым отливом; бока и брюхо серебристо-белые с сильным блеском; верхние и нижние плавники серые, только последние при основании желтоваты; глаза серебристые. Чешуя отливает сильным серебристым металлическим цветом, отличается своею нежностью и так слабо сидит на теле, что слетает при малейшем прикосновении или прилипает к рукам. Рыба эта представляет, однако, множество видоизменений, которые отличаются между собою незначительными уклонениями в относительных размерах тела, более или менее косым ртом, более или менее тупым носом, даже числом глоточных зубов, которых иногда бывает по 6 (4/2); в Нарове, например, встречается вариетет уклейки с более коротким и тупым носом, нежели у обыкновенной формы, и с полосою свинцового цвета, которая тянется с боков от верхнего угла жаберного отверстия к середине основания хвостового плавника.
В оз. Ильмене недавно найдена также широкая разновидность уклейки с резко заметными черными точками, расположенными над боковой линией в виде полосы. Кроме того, уклейки многих проточных и иловатых прудов под Москвой (Кузьминки, Люблино, Царицыно) резко отличаются от речной (москворецкой, клязьминской) своею шириною, толщиною в спине, малозаметным ребром на брюхе, сравнительно крепкой (неспадающей) и толстой чешуей, а также и своими привычками. Может быть, эта разновидность уклеек тождественна с уклейками прудов р. Свияги, о которых упоминает г. Рузский.
Распространение обыкновенной уклейки гораздо обширнее распространения других видов того же рода Alburnus. Она встречается почти во всей Европе, за исключением самых южных стран; в России доходит до Архангельска, в Финляндии — до 65° с. ш. Кроме того, она водится также в Крыму и на Кавказе, но в Сибири и Туркестанском крае заменяется другими, родственными ей видами. На восточном склоне Урала, в Пермской губ., напр., в Каслинской даче (озера Иткуль), она попадается как величайшая редкость и перешла через Уральский хребет, через болота на самом перевале, из которых вытекают речки двух различных бассейнов — Волжского и Обского.
Уклейка живет решительно во всех как самых больших реках, так и самых небольших речках, почти ручьях: ее можно встретить как в истоках, так и низовьях, напр. Волги, Днепра и пр. Кроме того, она очень часто встречается тоже в очень большом количестве в проточных и заливных озерах, в проточных прудах с чистою и светлою водою и песчаным дном. Обыкновенно она выбирает тихую и довольно глубокую воду, реже живет в быстрых местах реки, а на мелких перекатах замечается очень редко. Очень любит она держаться у свай, мостов, плотов и купален, а в городах особенно многочисленна бывает около сточных труб, приносящих различные нечистоты, даже краски. В прудах и речках с берегами, поросшими деревьями, уклейки охотно плавают под нависшими ветвями, но в травах почти никогда не встречаются, кроме молодых селетков и годовалых, которые часто встречаются в сообществе верховок. Последнее наблюдение, впрочем, относится к прудовой уклейке. Начиная со вскрытия реки до поздней осени, когда уходит на глубину и скрывается в глубоких ямах, эта рыба всюду замечается в огромном количестве, тем более что она более других держится на виду. Без всякого сомнения, каждому не раз приходилось наблюдать, как стаи уклеек проворно мелькают в воде, то сверкая своей яркой серебристой чешуей, то синея своими темными спинками. Обыкновенно она держится на глубине не более аршина, в ясную же погоду плавает в самых верхних слоях воды и беспрестанно выскакивает, гоняясь за насекомыми, падающими в воду, даже близко летающими над ее поверхностью. Иногда вдруг все стая стремительно выскакивает из воды и рассыпается дождем во все стороны — это явный признак, что появилась хищная щука, окунь или жерех, который в особенности любит лакомиться уклейками.
Вообще это чрезвычайно живая и проворная рыбка. Уклейка находится в беспрестанном движении, и кажется, ни на одну минуту не остается в покое. Она очень прожорлива и потому постоянно, с утра до вечера, даже ночью, занята добыванием пищи и бросается за всякой упавшей или мимо плывущей крупинкой. Главная пища ее, впрочем, состоит из насекомых, особенно мух и перепончатокрылых. После заката солнца, когда тучи комаров и мошек толкутся над самой водой, часто можно видеть, как уклейки, стаями плавающие у поверхности, одна за другой выпрыгивают из воды; вероятно, этот маневр косвенным образом имеет целью ловлю этих насекомых: обрызганные комары или мошки падают в воду и делаются добычею рыбы. По этой причине уклейка всего более выпрыгивает и плавится по утрам, вечерам, перед грозой или дождем, когда насекомые от сырости летают ближе к поверхности воды. Обыкновенно уклейка плавает некоторое время то в одну, то в другую сторону, потом вдруг перевертывается на бок, сгибается, ударяет по воде хвостиком, отчего вспрыгивает над поверхностью, описывает в воздухе полукруг и с брызгами падает обратно в воду. Кроме того, уклейка нередко кормится и самыми молоденькими рыбками других видов, особенно плотвы, также икрой (1) и потому должна быть причислена к вредным рыбам, тем более что от нее очень мало толку: она имеет некоторое значение только в самых верховьях больших рек и в незначительных реках, где мало другой, более ценной, рыбы. Впрочем, она едва ли не чаще других достается в пищу хищным рыбам, а чайки, крачки, гагары и прочие водяные птицы почти исключительно кормятся уклейкой, которая чаще всех держится на поверхности. Отсюда, конечно, и произошли названия ее верховка, верховодка — названия, которые, собственно, принадлежат другой, еще меньшей рыбке, называемой также овсянкой (Leucaspius). Самое же название уклейки, хотя и может быть произведено от клейкой чешуи этой рыбы, вероятно, имеет финское или татарское происхождение.
Несмотря на преследование рыб и птиц, частью и человека, уклейка всюду водится во множестве, особенно в верхних течениях рек и небольших реках. Она размножается очень быстро и мечет свою очень мелкую и многочисленную икру с двухлетнего возраста. Нерест ее начинается довольно поздно — на юге в начале мая, а на севере — в конце этого месяца, даже в июне, и продолжается почти целый месяц. По замечанию осташковских рыбаков, из которых многие, подобно большинству (?) верховых рыбаков, занимаются специально ловлею этой рыбы, уклейки нерестятся в первый раз, когда колосится рожь, во второй (в 3-й) — когда закладывается в ней зерно, а в третий (во второй) — когда она начинает цвести (Кесслер). О. Е. Гримм также передает, со слов рыбаков Никольского рыборазводного завода (Валдайск. у. Новгородской губ.), что уклейка мечет икру в три приема. В первый раз — после плотвы, когда цветет черемуха, во второй раз — когда колосится рожь и в третий раз — когда наливается. По мнению этих рыбаков, вполне вероятно, что в эти три раза нерестуют не одни и те же, а различные особи, быть может, разных возрастов.
Мне лично приходилось много лет наблюдать нерест в подмосковных прудах уклейки, и относительно ее я могу сказать, что нерест ее продолжается иногда от середины мая почти до Петрова дня с весьма значительными, одно- и двухнедельными перерывами. При хорошей погоде в мае и начале июня вся уклейка выметывает икру очень дружно, в два приема — до 10 июня, сначала крупные особи (иногда в первой половине мая), затем, примерно через 2 недели, — мелкая (трехлетка и, может быть, и двухлетки); при периодических холодах нерест затягивается почти до Петрова дня и производится в 5—6 приемов, причем, несомненно, что одни и те же особи выметывают икру не всю сразу. Происходит это явление потому, что для нереста уклейки требуется известная, довольно высокая температура воды (14—15°), ясная погода и 3—4 дневный срок; если же наступит ненастье или холод, то нерест прекращается и возобновляется, только когда снова наступит хорошая погода. Замечание это может быть отнесено и ко многим другим рыбам. Вообще, при продолжительной теплой погоде рыба нерестится дружно, хотя, несомненно, не вся сразу, а по возрастам (в 2—3 приема); наоборот, при часто повторяющихся ненастьи и холодах рыба выметывает икру не сразу, а в несколько приемов.
Что касается места нерестования, то уклейка мечет икру всегда в тихой и неглубокой воде, на траве, хворосте, реже в камнях. В реках уклейка, по-видимому, прилепляет свои яички в травах заводей, изредка выметывает икру прямо на песок (тоже в тихих заводях); в озерах Новгородской губ., со слов рыбака (передаваемых Гриммом), "нарост" происходит в камнях, по кряжам и в траве, по лукам, где "сплавина" по воде, т. е. где трава лежит на дне. Икра ее будто бы ложится слоем до 1 вершка, так что "ребятишки собирают ее в торбочки для рыбников" (пирогов).
По моим наблюдениям, прудовая уклейка нерестится в траве у самых берегов, на солнечной стороне, предпочитает плавуны или трясины, заросшие папоротником, к подводным мочкам которых и прилепляет свои мелкие, беловатые икринки, которые немного мельче, чем у плотвы. Реже выметывает она икру на мелкие корни прибрежных деревьев, которые составляют здесь любимое место нереста плотвы. Самый процесс икрометания совершается в ясные солнечные дни, когда уже совсем обогреет, в полном разгаре бывает около полудня и прекращается задолго до заката солнца, до следующего утра. Продолжается он, как сказано выше, 3—4 дня; сначала нерестится самая крупная уклейка (5-летняя и старше, до 4 вершков длины), которая начинает обыкновенно тереться, когда кончает нерест мелкая плотва. При этом все нерестующие особи ходят огромными узкими вереницами вдоль берега, взад и вперед, не выпрыгивая из воды, — это только готовящиеся к нересту рыбы; совсем готовые к этому акту уклейки уходят или под берег, в мочки корней папоротника (Polystictun Thelypteris), отличающиеся своею густотою или в вырезы плавучего берега, причем происходит сильная возня и плеск. В это время уклейка, обыкновенно шустрая и осторожная, становится очень смелой, и не только наметкой, но простым сачком можно ловить ее (с берега или с лодки) десятками, не сходя с места. Прыгая в густой траве и стараясь забраться в самую гущу корней, нерестующие уклейки часто погибают, так как в первом случае попадают в траву вне воды, а во втором — вязнут и не могут высвободиться. По окончании нереста все мочки папоротников, растущих на краю плавучего берега, оказываются унизанными прилипшею к ним, уже оплодотворенною икрою, и я сильно сомневаюсь, чтобы уклейка нормально выметывала икру слоем в вершок; по всей вероятности, это бывает в том случае, когда уклейка нерестится на песке и когда значительная часть икринок, как оплодотворенных, но б. ч. неоплодотворенных, сбивается волнением, образуя таким образом целый слой. (2) По моим наблюдениям над прудовой уклейкой, икра ее (в прудах) всего более истребляется красноперкой, которая в большом количестве встречается в это время между вереницами уклеек. Кроме того, последние подвергаются нападению небольших щук, преимущественно 2—3-летних.
Молодые рыбки выклевываются через 7—8 дней, сообразно погоде, и в первые дни не выходят из корней; затем они держатся около берегов, между водяными растениями, близ поверхности воды, нередко в сообществе прошлогодних и нынешних верховок, от которых (и от других прудовых рыб) легко отличаются продолговатостью и темным (синеватым) цветом туловища. Растут уклейки быстро и через год сравниваются с плотвою и красноперкою однолеткою, достигая длины (от носа до конца хвоста) до 2 1/2 дюймов, а в реках (напр., в Москве-реке) — до 2 вершков. 2-летняя уклейка бывает величиною около 4 дюймов (в Москве-реке около 3 вершков) и уже способна к размножению, только нерест ее совершается очень поздно — около средины июня и позднее.
За исключением верховьев больших рек, также небольших речек, почти нигде не занимаются уженьем, тем более ловлею этой рыбы сетями: уклейка слишком мала и незначительна и не заслуживает внимания при другой, более крупной и ценной рыбе. Весною, в полую воду, ее ловят наметкою; осенью, в конце августа и начале сентября, на Верхней Волге ловят частыми плавными сетями, называемыми уклейницами: при удаче иногда зараз попадает по два-три пуда этой рыбы, так что вся сеть серебрится от уклеек. Бывает, впрочем, и так, что уклейками, как рыбами верхоплавными, унизывается только верхняя часть сети, а в нижнюю часть ее попадают пескари, ерши и мелкие окуньки. Впрочем, подобным способом, едва ли не в большем количестве, можно ловить уклеек и в конце весны, во время ее нереста. С этой целью замечают днем, где нерестится уклея, и ночью ставят с лодки перпендикулярно к берегу тонкую и довольно частую сеть (ячеи не более полувершка) аршин двадцать длиною, а шириною в аршин с поплавками и легкими грузилами, чтобы она не тонула. Затем лодку и сеть пускают по течению иногда на версту и более, иногда вынимая попавшуюся рыбу тысячами. В стоячей же или медленно текущей воде эту сеть надо завозить и вытаскивать каждый раз на берег. Также точно, но с меньшим конечно успехом можно ловить и днем во время нереста. Местами тоже ставят для ловли уклеек большие сачки, а для приманки привязывают на дно их т. н. дуранду, т. е. льняную избоину. В Мологе (Яросл. губ.) фунт уклеек стоит от 2—4 копеек, смотря по более или менее обильному лову. В Псковской губ. местные жители солят их, а из внутренностей вытапливают белый прозрачный жир, который очень хорошо горит.
Уженье уклеек начинается вскоре по слитии полой воды — большею частью с средины мая (Москва), обыкновенно на комнатную муху; кроме того, они хорошо берут на метлу (поденку), особенно во время падения ее в воду, и на муравьиные яйца. Муха насаживается всегда с головы; леса делается в два волоска, б. ч. без поплавка и грузила, длиною в 6 аршин, и на конце ее привязывается самый маленький крючок (№ 10—13); удильник выбирают длинный, гибкий, так как он всего чувствительнее для подсечки.
Во Франции, где ловля и даже уженье уклейки составляют довольно значительный промысел, уклейку удят обыкновенно на легкие удочки и тонкие лески, к которым привязаны 3—4 и более самых мелких крючков на расстоянии 20—30 см один от другого и на коротеньких поводках, чтобы не путались. Удят с поплавком и без него, с легким грузильцем и без грузила, смотря по обстоятельствам, поверху и в полводы. Насадкою служит там почти исключительно опарыш (подпарыш — личинка мясной мухи), причем от времени до времени бросают по нескольку опарышей для прикормки. Очень хорошо местами берут уклейки на муху поверху. Остроумные французы, чтобы не возиться с ловлею мух, пришивают к левому обшлагу свежеснятую шкурку или замшу, пропитанную кровью, привлекающею мух. Хорошею прикормкою считается там же давленая конопля, но в особенности отруби, смоченные бычачьей кровью. Последнюю прикормку обыкновенно опускают в воду заблаговременно, в корзинке или частой сетке. Употребление прикормки для ловли уклейки весьма рационально, так как только при этом условии можно поймать ее в большом количестве. В прудах я с большим успехом ловил уклеек на маленькие шарики смятого черного и белого хлеба, а также на распаренные зерна ржи, но в реках на эти насадки уклейка берет довольно редко.
У нас, в России, уженьем уклейки занимаются немногие (преимущественно юные) рыболовы, за недостатком другой рыбы; большею частью она ловится попутно, вместе с ельцом, уженье которого и у нас, под Москвой, имеет многих любителей. Во всяком случае, ловля уклейки и труднее, и занимательнее ловли мелкой плотвы, хотя бы и вдвое большего роста. Как справедливо замечает барон Черкасов, хотя и, видимо, недолюбливающий уклейку, эта рыбка имеет для начинающих рыболовов воспитательное значение, так как приучает их к быстрой и легкой подсечке; уклейка берет с разбега и если не подсечена немедленно, то сшибает насадку, а так как она имеет слабые губы, то при обычном маневре неопытных удильщиков — вытаскивать пойманную рыбу через голову — она редко будет доставаться ему в добычу, пока он не утратит этой скверной привычки. Вероятно, всем рыболовам не раз приходилось выуживать "курносых" уклеек, плотиц и красноперок, у которых верхняя губа была оторвана.
Всего лучше ловить уклеек с моста, плотов или обрывистого берега, вообще на глубоких местах, и пускать насадку как можно мельче, соображаясь, впрочем, со временем года, дня и состоянием погоды. Клев уклейки быстр и крайне неверен, почему и удобнее удить ее с навеса; она налетает с разбега и сразу утаскивает поплавок в сторону, иногда совсем погружая его. Подсекать надо как можно проворнее, однако не сильно; всего лучше только подать вперед удилище и, если рыба не попалась, не вынимать лесы из воды. При некоторой сноровке можно поймать огромное количество уклеек, потому что они берут беспрестанно; впрочем, выудив несколько десятков, лучше перейти на другое место. На червяка они тоже клюют довольно хорошо, но тогда уже несравненно чаще срываются. Где их очень много, там они при ловле других рыб надоедают еще более плотвы: едва закинешь удочку в воду, как они стремглав бросаются на наживу и щиплют, треплют ее до тех пор, пока она не опустится почти на самое дно.
Позднею осенью, после сильных морозов, уклейка укрывается в глубоких ямах с песчаным дном и начинает брать только со дна; в это время она ловится едва ли не в большем количестве, чем в конце весны. Москворецкие рыболовы ловят ее в сентябре и октябре в большом количестве на красного червячка — мотыля, пуская б. ч. насадку в полводы.
В свою очередь, уклейка составляет отличную приманку для хищных рыб, особенно жерехов и лососей (иногда даже в соленом виде, как, напр., в Финляндии), так как издали заметна своей сверкающей белизной, но, вынутая из воды хотя бы и на самое короткое время, к сожалению, очень быстро снёт, особенно насаженная обыкновенным образом — за спинку; поэтому лучше всего продевать ей крючок через рот в ноздрю, не прокалывая рта. Следует заметить, что прудовая уклейка очень мало уступает как живец плотве и вообще далеко не так хлипка, как речная.
Уклейки принадлежат к самым малоценным рыбам и употребляются в пищу только простонародьем, и то в случае недостатка в другой, лучшей рыбе. Они очень сухи и потому почти вовсе не годятся для ухи, но, изжаренные в сметане и высушенные, еще лучше прокопченные, как сельдь, довольно вкусны. Всего более потребляется уклейка в Малороссии, верховых волжских губерниях, но промышленное значение ее самое ничтожное.
Во Франции и на Рейне уклейка служит, однако, предметом довольно значительного промысла. Из чешуи ее добывается так называемая жемчужная, или восточная, эссенция (Essence d'Orient), которая употребляется на подкраску поддельного жемчуга. Приготовление рыбьей чешуи с этой целью было известно китайцам, но в Европе жемчужная эссенция была открыта французским монахом Жакеном (Jacquin) в 18-м столетии. В настоящее время она приготовляется следующим образом. Соскобленную (тупым ножом) чешую кладут в воду и мешают до тех пор, пока на чешуях вовсе не останется серебристой плевы, которая отделяется в виде небольших кристаллических пластинок и падает на дно; все чешуйки вынимают, воду сливают, и на дне сосуда остаются эти кристаллы, смешанные с небольшим количеством воды, как бы голубовато-серебристая жидкость, которая и составляет восточную эссенцию. Жидкость эта очищается от всех органических примесей, и в нее прибавляют (для связи) немного рыбьего клея. Затем делают маленькие стеклянные шарики, б. ч. синеватого цвета, и в отверстие каждого осторожно через тонкую трубочку впускают каплю эссенции, шарик несколько раз встряхивают, в него для крепости вливают воску, и жемчуг готов.
Приготовление искусственного жемчуга достигло такой высокой степени совершенства, что его весьма трудно отличить от настоящего. В Париже находятся целые фабрики, которые приготовляют его ежегодно на миллион франков: добыванием чешуи занято очень много рук, и многие рыбаки во Франции и на Рейне кормятся исключительно ловлею уклеек, как сетью, так и удочкой. Обыкновенно на один фунт чешуи стоимостью в К)—12 франков требуется около четырех тысяч уклеек, а из фунта чешуи выходит только 1/4 фунта эссенции. Нет никакого сомнения, что этот промысел легко может быть введен и у нас и доставил бы более значительные выгоды, чем одна ловля уклеек, которою мало кто и занимается. Выгоды тут тем более верны, что рыба, очищенная от чешуи, могла бы также приготовляться впрок вялением и копчением. От вылова же этой не только почти бесполезной, но даже очень вредной рыбы, надо полагать, увеличилось бы количество другой, более ценной рыбы.

Примечания.

(1) В низовьях Волги уклейка держится во множестве поблизости жиротопен, и, вероятно, рыбий жир и остатки от жиротопления составляют здесь ее главную пищу.
(2) Весьма интересно наблюдение Терлецкого, подтверждающее теоретическое объяснение появления рыб в совершенно замкнутых бассейнах. "Мне случилось один раз видеть, — говорит он, — как ворона, объевшаяся в мае месяце икрою нерестующей уклеи, прилетела, чтобы напиться в пруду, в котором не было никакой рыбы, и стала извергать из себя рвотою в воду совершенно свежую оплодотворенную икру".

Далее: Способы и тактика ловли некоторых пресноводных рыб

Нравится
1 пиксель белый